Инициативы Астаны на посту председателя ОИС своевременны

– В этом году Казахстан возглавил одну из крупных организаций исламского мира – ОИС (прежнее название – ОИК. – Ред.). Как вы оцениваете политические и экономические связи Казахстана с государствами этого региона?

– Это достаточно динамично развивающиеся отношения, потому что исламский мир неоднороден. Есть страны, которые занимают достаточно весомые экономические и политические позиции, к примеру, такие как Турция, Пакистан, Индонезия, Саудовская Аравия, Египет. Именно с этой группой стран Казахстан развивает политические и экономические контакты. В этой сфере у нас огромный потенциал ввиду того, что транспортные коммуникации и ряд других аспектов не позволяли длительное время развивать интенсивное сотрудничество со странами исламского мира.

Как известно, партнерами Казахстана является группа европейских стран, а также Россия, Китай, США и т.д., на их фоне исламские страны находились на скромной позиции. Председательство Казахстана в ОИК даст определенный импульс к тому, чтобы активизировать эти отношения. Безусловно, речь идет не только о политической сфере, но и об экономике. Как вы знаете, Исламский банк ввиду крайней нестабильности мировых финансовых рынков сейчас набирает популярность. Многие обращают внимание, в том числе немусульманские страны, на принципы работы Исламского банкинга. Глобальный кризис стал следствием неумеренных аппетитов банковских структур, международных корпораций. В этом смысле Исламский банк – это один из вариантов гармонизации отношений между финансовыми институтами и производственным сектором.

Несколько стран исламского мира являются приоритетными в сфере развития финансовых отношений, к примеру Объединенные Арабские Эмираты, Катар, Саудовская Аравия, которые могут быть крупными финансовыми инвесторами для Казахстана и стран Центральной Азии.

Еще один аспект привлекает внимание к председательству Казахстана в ОИС и к Центральной Азии в целом. Дело в том, что до июня председателем этой организации на министерском уровне был Таджикистан, а теперь эстафету передали Казахстану, который находится в другой стороне Центральной Азии. Получается последовательность в ОИС, выступающая определенным шагом в развитии сотрудничества в нужном направлении. В данной ситуации Казахстан в Центральной Азии выступает северной периферией в исламском мире.

– А существуют ли проблемы в ОИК, с которыми может столкнуться Астана?

– Конечно, есть достаточно сложные застарелые проблемы, любому председателю ОИС их не миновать. Дебаты в основном разворачиваются по поводу международной и региональной безопасности. Это клубок ближневосточных проблем – арабо-израильский конфликт, статус Иерусалима, внутрипалестинские и межарабские противоречия, сегодня это еще и драматические события на Ближнем Востоке, смена политического режима в Тунисе и Египте, гражданский конфликт в Ливии. Кроме того, остается проблема ядерной программы Ирана, нестабильность в Ираке и Афганистане, рост военных расходов в исламском мире, растущая международная террористическая активность. Все эти проблемы являются перманентными.

Из года в год они находятся на повестке дня саммита глав внешнеполитических ведомств ОИС. Плюс председательствующая страна добавляет новые приоритеты. И в этом контексте Астана уже анонсировала свои инициативы. Во-первых, это оптимизация экономических связей, развитие межкультурного и межконфессионального диалога. Президент Казахстана Нурсултан Назарбаев сказал, что перед нами стоят две важнейшие задачи: первая – научиться противостоять религиозному фундаментализму, вторая задача – наладить между Западом и мусульманским миром открытый диалог.

ОИК в отличие от ОБСЕ имеет большую разветвленную структуру и устав, достаточно четко регламентирующий процедурные моменты. Существуют определенные правила, которые ставятся на повестку дня. Сложно сейчас предсказать развитие событий особенно на Ближнем Востоке, но есть крупные перманентные проблемы, на которые необходимо будет обратить внимание, озвучить собственную позицию по ним. Речь идет, к примеру, об инициативах в ядерной сфере, США и другие западные страны вовлечены в конфликт с Ираном в вопросе ядерной безопасности. А мусульманский мир озабочен этим вопросом в большей мере в отношениях с Израилем. Почти каждый год в резолюциях ОИС подчеркивает право всех стран на развитие ядерной энергетики в мирных целях и постоянно призывает Израиль присоединиться к договору «О нераспространении ядерного оружия», поставить свои ядерные объекты под контроль МАГАТЭ.

Казахстану не миновать озвучивания позиции по этим вопросам, наша республика присоединилась к договору «О нераспространении ядерного оружия». Более того, еще в 2006 году мы вместе с партнерами по Центральной Азии создали безъядерную зону в нашем регионе. Казахстан предлагает расширить эту зону на Ближнем Востоке.

– Президент Казахстана Нурсултан Назарбаев предложил создать «Исламский Давос». В странах исламского мира ощущается потребность в подобной структуре?

– Это очень актуальный для исламского мира вопрос. Необходимо будет гармонизировать экономические и политические отношения. Как вы знаете, ОИС включает в себя 57 стран, они все разные по своему потенциалу, есть так называемая азиатская группа, арабская группа, североафриканская. Они очень разнообразные, и есть еще группа, около 22 стран, которые наиболее бедны. Поэтому разница между ними и развитыми странами исламского мира значительная. Саудовская Аравия, Турция, Египет, Иран являются донорами для менее развитых государств. Речь идет не просто об оказании прямой помощи, а о проектах, экономических программах, которые помогли бы бедным странам справляться со своими проблемами, чтобы они более сбалансированно развивались и не сталкивались с голодом или катаклизмами в экономике.

В ОИС существует Исламская академия, несколько университетов, входящих в организационную структуру по подготовке специалистов в сфере современной экономики и технологий. Технологическое развитие является самым приоритетным для стран ОИС. Дефицит ноу-хау, новейших разработок, технологическая отсталость являются одной из причин бедности этих стран. Этим обусловлена инициатива президента Казахстана Нурсултана Назарбаева в развитии этих государств.

– Генсек Организации исламского сотрудничества Экмеледдин Ихсан-Оглу на конференции в Стамбуле заявил, что исламофобия опасна для самих европейцев. Насколько это соответствует действительности?

– Трагические события в Норвегии подтверждают правильность сказанных слов. Все бумерангом возвращается в эти государства. В числе основополагающих целей ОИС имеется защита мусульманских общин и мониторинг их положения в разных странах. ОИС поднимает политические, экономические и социальные проблемы, с которыми они сталкиваются. Ряд резолюций отражает озабоченность соблюдением прав мусульман и мусульманских общин в Европе, Индии, Китае, Таиланде, Эфиопии, на Филиппинах и т.д.

Вместе с тем ОИС придерживается международных норм, принципа невмешательства во внутренние дела других стран. Это более сбалансированный подход. Сейчас, когда нарастают межкультурные противоречия, европейские страны и их лидеры постоянно призывают отказываться от терроризма, важно не впасть в другую крайность, не спровоцировать рост ксенофобии, исламофобии. И это тоже одна из задач любого председателя ОИС.

– Президент США Барак Обама в 2009 году обещал «перезагрузить» отношения между Западом и исламским миром. Ныне 2011 год, в следующем году в США пройдут президентские выборы. Давайте подведем маленькие итоги. На ваш взгляд, Обама сдержал свое обещание? И с какими проблемами столкнулась в данном случае демократическая администрация Белого дома?

– Изначально это была сложная задача для любой администрации. Я думаю, и для президента США Барака Обамы, и для администрации Белого дома. Ощутимых результатов и изменений не произошло. События на Ближнем Востоке, в Афганистане, в Ираке пока не дают оснований говорить об ощутимом успехе со стороны администрации США в этом вопросе. Еще существуют устойчивые стереотипы в отношении мусульман, исламофобия, сохраняется непонимание между исламским миром и Западом, в том числе по вопросу военных действий США и их союзников в Ираке и Афганистане. Тем более что военная кампания усиливает влияние радикальных группировок в странах Востока. Анонсированный вывод войск из Афганистана – это политическая акция, которая не даст реальных результатов в отношениях исламского мира с Западом. В краткосрочной перспективе я не думаю, что можно будет сдвинуть этот вопрос. Это вопрос времени.

– Президент предложил партнерам по ОИС разработать «интегрированную стратегию экономического развития государств–членов ОИК». Насколько такая идея осуществима сегодня, учитывая известную разобщенность стран исламского мира?

– Больше всего этот вопрос рассчитан на долгосрочную перспективу. Сразу надо отметить, что это непростая задача. Члены ОИС должны вывести консенсусную модель совместного развития, а это не так просто. В ОИС по уставу существует принцип консенсуса, если он не достигается, то две трети стран–членов ОИС, принявших участие в голосовании, своим большинством принимают решение. Это тоже зависит от группы влиятельных стран и групп развивающихся стран, которые выработали координированные действия.

– Два года назад было популярно говорить о том, что слово «кризис» (в китайской грамматике) состоит из двух иероглифов: опасность и шанс. На ваш взгляд, какие возможности и угрозы несут в себе волнения в арабских странах (для исламского мира)?

– Начало 2011 года в странах Ближнего Востока стало серьезным вызовом как для ОИС, так и для всего мирового сообщества. Смена политических режимов в Тунисе и Египте, гражданский конфликт в Ливии выводят на новый этап противоречивый процесс политической и социальной модернизации в арабском мире. В него вовлекаются и другие мусульманские страны, рост протеста наблюдается в Саудовской Аравии, Бахрейне, соседних странах – Иордании, Марокко, Судане, где анонсировали реформы.

Хотя эти процессы отражают особенности каждого государства, они имеют общую подоплеку, прежде всего это активная роль растущего среднего класса, который не желает мириться с авторитарными методами управления, коррупцией, сильно влияющими на экономический рост этих стран. Политические режимы с методами правления, характерными для второй половины ХХ века, оказались не готовы к новым вызовам, связанным с развитием информационных технологий, глобализацией, появлением новой прослойки энергичных молодых людей, мыслящих совсем другими категориями. Эти процессы неоднозначны, противоречивы. Но очевидно, что их последствиями будет тектонический, геополитический процесс как на Ближнем Востоке, так и вообще в целом в мусульманском мире.

– Выступая на сессии ОИК в Астане, президент говорил об «интеллектуальной элите», которая будет востребована в будущем. В странах исламского мира есть научные центры, способные конкурировать с Оксфордом или Гарвардом?

– Существует Исламская академия наук, которая находится в Иордании, и еще несколько центров. Но этого недостаточно. В целом мусульманские страны не являются законодателями в сфере технологий, наук, инноваций, и это очевидно. Инновационное, технологическое развитие, сама модернизация тесно связаны с теми политическими процессами, которые происходят в странах. Это все звенья одной цепи.

– Говоря об исламских странах, нельзя обойти стороной Афганистан, где более 30 лет идет война. Как вы оцениваете ситуацию в этой стране сегодня? И есть ли признаки нормализации внутриполитической жизни в Афганистане?

– Ситуация в этой обширной зоне Афганистана и Пакистана остается крайне тревожной, этот вопрос постоянно находится на повестке дня ОИС. Существует много программ мирового сообщества, финансовую помощь и поддержку оказывают группа влиятельных стран, Всемирный банк, Азиатский банк развития. Очень важно, чтобы все эти усилия, которые оказываются Афганистану, были синхронизированы, чтобы не было дублирования.

Казахстан в прошлом году, в год председательствования в ОБСЕ, выделил 50 млн долларов на образовательную программу, рассчитанную на ближайшие восемь лет. В ее рамках тысячи афганцев должны пройти подготовку по гражданским специальностям, в которых остро нуждается экономика этой страны. Такая помощь, мы полагаем, является наиболее необходимой сейчас. И вопрос не только в том, чтобы выделять деньги, а вопрос в том, чтобы обучить людей мирным специальностям, чтобы они могли их использовать. Но это произойдет не скоро. «Экономика войны», которая сейчас существует, связана с наркопроизводством. Ее сложно победить, ведь доходы от наркотрафика многократно превышают любые другие виды экономической деятельности. Чтобы сломить «психологию войны» у людей, потребуется очень много времени.

Дина КУЛЬЖАНОВА, Алматы